Яков Есепкин На смерть Цины

Яков Есепкин

На смерть Цины

Девяносто четвертый опус

Стол нисана – виющийся хлеб,
Что и днесь тосковать о небесном,
Вишни в амфоры бросим, а Феб
Нас оплачет на пире одесном.

Калипсо, под звездами, смотри,
Тьмой надушена Фрида, камеи
Тяжелы от шелков, ах, замри
И умри, пусть целуются змеи.

Ни печати, ни светочей мглы
Здесь уже не увидят сервенты,
Где полны были емин столы,
Вьются тусклых чернил диаменты.

Сто третий опус

Ядом трюфели чинит Эдель,
Сейна вишням советует мрачность,
Полон стол,, меж араками эль
Юн манит, изливая призрачность.

Яств стольницы весомей чернил,
А иными всепишутся цинки,
Днесь ли в Мемфисе пир оценил
Сонм теней и волховствуют инки.

Милый друг, обиет зеркала
Диаментная чернь и хватятся
Небовержцев, мы темень стола
Озолотим – пусть вершники чтятся.